Михаил Ромм - 125
"Неинтересное искусство - это не искусство"
Совместный проект Музея ВГИКа и Отдела отечественного кино. Экспозиция, приуроченная к юбилею Михаила Ильича Ромма, выдающегося отечественного режиссера, профессора ВГИКа.
Нина СПУТНИЦКАЯ, ведущий научный сотрудник, Музей ВГИКа | текст, подбор материалов
Ольга ЧИЖЕВСКАЯ, заведующая Лабораторией отечественного кино | подготовка материалов
Регина ПЕТРОВА, специалист по УМО Лаборатории отечественного кино | подготовка материалов
Сергей КАПТЕРЕВ, сотрудник Музея ВГИКа | подбор материалов
Ольга ЧИЖЕВСКАЯ, заведующая Лабораторией отечественного кино | подготовка материалов
Регина ПЕТРОВА, специалист по УМО Лаборатории отечественного кино | подготовка материалов
Сергей КАПТЕРЕВ, сотрудник Музея ВГИКа | подбор материалов
Музей ВГИКа совместно с Отделом отечественного кино ВГИКа предлагает виртуальную экспозицию, посвящённую 125-летию Михаила Ильича Ромма, режиссера и педагога, лауреата Государственных премий и призера международных фестивалей, профессора ВГИКа.
Михаил Ильич Ромм, согласно его автобиографии, хранящейся в Отделе отечественного кино ВГИКа, родился 24 января 1901 г. в Иркутске. С 1918 по 1921 г. служил в Красной Армии. После демобилизации поступил в Высший государственный художественно-технический институт (ВХУТЕМАС) и в 1925 году окончил факультет скульптуры. В эти годы он выступал на сценах московских театров, оформлял выставки, переводил Золя и Флобера, выставлялся как скульптор, писал сценарии.
С 1925 по 1930 г. работал в области детского кино в Институте методов внешкольной работы, писал сценарии к фильмам «Быт горит», «Реванш», «Рядом с нами», «Конвейер смерти». В 1931 г. выступил как ассистент режиссёра А. Мачерета на фильме «Дела и люди». В 1933 г. по собственному сценарию поставил свой дебютный фильм «Пышка» по новелле Ги де Мопассана.
На сцене Театра-студии киноактёра в годы войны он поставил спектакли «Без вины виноватые» (1942) и «Жди меня» (1943).
Во ВГИКе вёл режиссёрскую мастерскую с 1949 г.
Михаил Ильич Ромм, согласно его автобиографии, хранящейся в Отделе отечественного кино ВГИКа, родился 24 января 1901 г. в Иркутске. С 1918 по 1921 г. служил в Красной Армии. После демобилизации поступил в Высший государственный художественно-технический институт (ВХУТЕМАС) и в 1925 году окончил факультет скульптуры. В эти годы он выступал на сценах московских театров, оформлял выставки, переводил Золя и Флобера, выставлялся как скульптор, писал сценарии.
С 1925 по 1930 г. работал в области детского кино в Институте методов внешкольной работы, писал сценарии к фильмам «Быт горит», «Реванш», «Рядом с нами», «Конвейер смерти». В 1931 г. выступил как ассистент режиссёра А. Мачерета на фильме «Дела и люди». В 1933 г. по собственному сценарию поставил свой дебютный фильм «Пышка» по новелле Ги де Мопассана.
На сцене Театра-студии киноактёра в годы войны он поставил спектакли «Без вины виноватые» (1942) и «Жди меня» (1943).
Во ВГИКе вёл режиссёрскую мастерскую с 1949 г.
«Режиссёром нужно быть до тех пор, пока можешь бегать по лестницам»
С 1954 по 1958 г. Ромм был художественным руководителем Театра-студии киноактёра. С 1959 г. руководил творческим объединением на студии «Мосфильм».
«Когда-то в далёком прошлом Ромм взбегал вверх по лестнице из павильона в комнату группы, перешагивая через две ступеньки, я поспешал сзади и на площадке четвёртого этажа спросил: нужно ли ему так быстро бегать. Михаил Ильич, не задумываясь, ответил: «Режиссёром нужно быть до тех пор, пока можешь бегать по лестницам». Я наблюдал его в последние годы стремительно несущимся по извилистым и узким коридорам студии, оставляющим за собой длинный шлейф учеников и просителей. На поворотах шлейф этот заносило, и встречные, чтобы избежать столкновения, жались к стенам», - вспоминал Леонид Марягин («Огонёк», 1988, № 25, июнь, с. 10).
«Когда-то в далёком прошлом Ромм взбегал вверх по лестнице из павильона в комнату группы, перешагивая через две ступеньки, я поспешал сзади и на площадке четвёртого этажа спросил: нужно ли ему так быстро бегать. Михаил Ильич, не задумываясь, ответил: «Режиссёром нужно быть до тех пор, пока можешь бегать по лестницам». Я наблюдал его в последние годы стремительно несущимся по извилистым и узким коридорам студии, оставляющим за собой длинный шлейф учеников и просителей. На поворотах шлейф этот заносило, и встречные, чтобы избежать столкновения, жались к стенам», - вспоминал Леонид Марягин («Огонёк», 1988, № 25, июнь, с. 10).
"на экране не только внешние приметы нового времени, но и другие герои, новый драматургический ход, иной ритм монтажа…"
Важное место в экспозиции занимают материалы «Рекламфильма» — неотъемлемое слагаемое продвижения фильмов Ромма. Вниманию посетителей предлагаются материалы по картинам «Мечта», «Тринадцать», «Девять дней одного года».
В них кардинально противоположно все — от локации и героев до драматургического конструирования материала. В «Тринадцати» — дни, накаленные до предела, гимнастерки, насквозь пропитанные потом и кровью, затерявшиеся в безбрежной, иссушенной солнцем пустыне молодые люди. Затем — «Мечта»: тонкая, исполненная грустной иронии картина, чье действие ограничено тесными рамками замкнутого пространства. «Все, что составляет поэтику «Тринадцати», так же далеко от «Мечты», как обе эти ленты по своему художественному строю далеки от фильма «Девять дней одного года». И опять-таки на экране не только внешние приметы нового времени, но и другие герои, новый драматургический ход, иной ритм монтажа…» (А. Баталов. И снова в пути // «Правда», 1971, 24 января)
В них кардинально противоположно все — от локации и героев до драматургического конструирования материала. В «Тринадцати» — дни, накаленные до предела, гимнастерки, насквозь пропитанные потом и кровью, затерявшиеся в безбрежной, иссушенной солнцем пустыне молодые люди. Затем — «Мечта»: тонкая, исполненная грустной иронии картина, чье действие ограничено тесными рамками замкнутого пространства. «Все, что составляет поэтику «Тринадцати», так же далеко от «Мечты», как обе эти ленты по своему художественному строю далеки от фильма «Девять дней одного года». И опять-таки на экране не только внешние приметы нового времени, но и другие герои, новый драматургический ход, иной ритм монтажа…» (А. Баталов. И снова в пути // «Правда», 1971, 24 января)
Ленин показан как народный герой и эксцентрик, способный перевернуть мир.
Отдельно в экспозиции выделен вклад Михаила Ильича в кинолениану: дилогия о Ленине «Ленин в Октябре» (1937) и «Ленин в 1918 году» (1939) стала отдельной страницей в наследии мастера. В этих картинах Ромм создал необычный для официального канона образ вождя: Ленин у Ромма — отнюдь не монументальный лидер, но романтик с чертами фольклорного героя. Ключевую роль в формировании этого образа сыграл актер Борис Щукин, на исполнении которого очень настаивал Ромм, и эта интерпретация деятеля революции заметно отличалась от привычных парадных кинопортретов. В первой картине режиссер намеренно очеловечивал образ, лишая его нравоучительного пафоса: Ленин показан как народный герой и эксцентрик, способный перевернуть мир.
В «Ленине в 1918 году» акцент смещается: если в первой части герой был авантюрным лидером революции, то теперь он становится символом государства. При этом Ромм сохраняет фольклорные черты: его Ильич остается «человеческим лицом» власти.
В «Ленине в 1918 году» акцент смещается: если в первой части герой был авантюрным лидером революции, то теперь он становится символом государства. При этом Ромм сохраняет фольклорные черты: его Ильич остается «человеческим лицом» власти.
Михаил Ильич не ограничивался одним жанром, в годы холодной войны он создал ряд фильмов с политическим подтекстом, где изучал истоки фашизма и тоталитаризма в жанре триллера. В 1948 году был снят «Русский вопрос» по одноименной пьесе Константина Симонова. Он рассказывал о трудном положении американского журналиста, который сочувствовал СССР. В 1950 году Ромм снял «Секретную миссию» — шпионский фильм, который заложил основы жанра и считается предшественником телефильма «Семнадцать мгновений весны». К теме преступлений нацизма режиссер возвращался и в последующих работах: в фильме «Убийство на улице Данте» (1956) расследовались преступления коллаборационистов.
Ромм использует монтаж как инструмент разоблачения...
После Оттепели. В созвездии Плеяд
Ромм вспоминал об оттепели и последующих событиях: «До декабря 1962 года мне не приходилось лично видеть и слышать Н. С. Хрущёва. Правда, мы живём в век газет, радио и телевидения, и это давало возможность ознакомиться и с внешностью Хрущёва, с его манерой говорить… Всё, казалось бы, было уже известно. Но всё-таки всё это не заменило личных впечатлений, и когда я впервые просто услышал его и увидел на трёх встречах с интеллигенцией и ещё на одном, более ответственном собрании, то впечатление оказалось совершенно неожиданным. Человек оказался гораздо образнее по краскам и, я бы сказал, по оттенкам, гораздо сложнее и необыкновеннее. А некоторые его стороны вызвали просто изумление. Надо сказать, что я до этого времени надлежал к числу поклонников Хрущёва. Меня даже называли „хрущевцем“. Я был очень вдохновлён его выступлением на ХХ съезде, мне нравилась его человечность. Я старался ему прощать всё. Правда, иногда попадались такие необыкновенности, которые заставляли оторопеть» (Четыре встречи с Н. С. Хрущёвым // «Огонёк». 1987. № 28).
В 1960-е годы он воспитывал плеяду режиссеров: Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Никита Михалков и мн. др. Сам ставил только две картины, но — безусловные шедевры. «Девять дней одного года» затрагивает тему управляемого термоядерного синтеза — технологии, которая могла стать как источником мирного атома, так и инструментом военного применения. Ромм подошёл к материалу как к философской притче о цене прогресса и нравственной ответственности интеллигенции и выбрал структуру из девяти ключевых дней, метафорически отражающих целый год.
Высшей точкой режиссёрской биографии Ромма становится фильм «Обыкновенный фашизм». Его сценаристы М. Туровская и Ю. Ханютин вспоминали: «Между странным прологом 20-х годов и страшным эпилогом 40-х простиралась белым пятном история человеческих душ. Так появилась заявка на фильм „Обыкновенный фашизм“. Мы ясно отдавали себе отчёт в том профессиональном риске, на который идём. Тем не менее, написали эту заявку и пришли с ней к Михаилу Ильичу Ромму, почему-то уже тогда решив, что такой фильм должен делать именно он. Расчёт наш оказался неожиданно правильным. Михаил Ильич взялся за эту картину» («Ромм, кинокамера и мы» // «Искусство кино». 1988. № 3. С. 87).
Лента построена на архивных материалах, включая кадры из немецких архивов, съёмки концлагерей и любительские фото солдат вермахта. Структура картины (16 глав) выстраивает логическую цепочку от истоков фашизма до его чудовищных последствий. Ромм использует монтаж как инструмент разоблачения, сталкивая шокирующие сцены с обыденными деталями, чтобы показать, как зло становится частью повседневности. Он сам озвучил фильм, отказавшись от заранее написанного текста: его комментарии звучат как живое размышление, усиливая эффект присутствия.
Ромм вспоминал об оттепели и последующих событиях: «До декабря 1962 года мне не приходилось лично видеть и слышать Н. С. Хрущёва. Правда, мы живём в век газет, радио и телевидения, и это давало возможность ознакомиться и с внешностью Хрущёва, с его манерой говорить… Всё, казалось бы, было уже известно. Но всё-таки всё это не заменило личных впечатлений, и когда я впервые просто услышал его и увидел на трёх встречах с интеллигенцией и ещё на одном, более ответственном собрании, то впечатление оказалось совершенно неожиданным. Человек оказался гораздо образнее по краскам и, я бы сказал, по оттенкам, гораздо сложнее и необыкновеннее. А некоторые его стороны вызвали просто изумление. Надо сказать, что я до этого времени надлежал к числу поклонников Хрущёва. Меня даже называли „хрущевцем“. Я был очень вдохновлён его выступлением на ХХ съезде, мне нравилась его человечность. Я старался ему прощать всё. Правда, иногда попадались такие необыкновенности, которые заставляли оторопеть» (Четыре встречи с Н. С. Хрущёвым // «Огонёк». 1987. № 28).
В 1960-е годы он воспитывал плеяду режиссеров: Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Никита Михалков и мн. др. Сам ставил только две картины, но — безусловные шедевры. «Девять дней одного года» затрагивает тему управляемого термоядерного синтеза — технологии, которая могла стать как источником мирного атома, так и инструментом военного применения. Ромм подошёл к материалу как к философской притче о цене прогресса и нравственной ответственности интеллигенции и выбрал структуру из девяти ключевых дней, метафорически отражающих целый год.
Высшей точкой режиссёрской биографии Ромма становится фильм «Обыкновенный фашизм». Его сценаристы М. Туровская и Ю. Ханютин вспоминали: «Между странным прологом 20-х годов и страшным эпилогом 40-х простиралась белым пятном история человеческих душ. Так появилась заявка на фильм „Обыкновенный фашизм“. Мы ясно отдавали себе отчёт в том профессиональном риске, на который идём. Тем не менее, написали эту заявку и пришли с ней к Михаилу Ильичу Ромму, почему-то уже тогда решив, что такой фильм должен делать именно он. Расчёт наш оказался неожиданно правильным. Михаил Ильич взялся за эту картину» («Ромм, кинокамера и мы» // «Искусство кино». 1988. № 3. С. 87).
Лента построена на архивных материалах, включая кадры из немецких архивов, съёмки концлагерей и любительские фото солдат вермахта. Структура картины (16 глав) выстраивает логическую цепочку от истоков фашизма до его чудовищных последствий. Ромм использует монтаж как инструмент разоблачения, сталкивая шокирующие сцены с обыденными деталями, чтобы показать, как зло становится частью повседневности. Он сам озвучил фильм, отказавшись от заранее написанного текста: его комментарии звучат как живое размышление, усиливая эффект присутствия.
Творческие принципы М. И. Ромма в кинопедагогике: теоретические основы и преподавательские практики
В. С. Малышев
В. С. Малышев
доктор искусствоведения, профессор
«скульптор по образованию, переводчик-литератор, кинодраматург и кинорежиссер-практик, широко образованный музыкант»
Вклад Михаила Ильича Ромма - как режиссера, сценариста, блестящего мастера закадрового комментария в отечественное и мировое кино - несомненен. Не менее важен его вклад и в педагогику кино, в кинообразование, в воспитание плеяды выдающихся кинематографистов. М.И. Ромм ушел из жизни более 50 лет назад, однако идеи и методики этого выдающегося режиссера в сфере кинообразования актуальны и сегодня, несмотря на то, что в ХХI веке коренным образом изменились социальные, политические, экономические и технологические условия производства фильмов.
Педагогическая деятельность М. И. Ромма была продолжительной и разнообразной: он руководил мастерскими на Высших режиссерских и высших сценарных курсах, вел режиссерский семинар на киностудии «Мосфильм», в течение ряда лет «опекая» на «Мосфильме» молодых режиссеров. К примеру, именно в творческой мастерской М. И. Ромма был создан в 1956 году фильм Г. Н. Чухрая «Сорок первый», ставший вехой советского «оттепельного» кино.
Однако главный, по сути, вклад в процесс развития кинообразования М.И. Ромм внес во время преподавания в стенах ВГИКа, с 1938-го по 1971 годы1, где он воспитал целую плеяду талантливых кинематографистов2, будучи, по словам одного из них, их главным «шлифовальщиком и гранильщиком»3, обучая молодых режиссеров практическому мастерству в широчайшем контексте мировой культуры. Ведь М.И. Ромм, согласно хранящемуся в архиве ВГИКа личному делу, «скульптор по образованию, переводчик-литератор, кинодраматург и кинорежиссер-практик, широко образованный музыкант». К этому можно добавить и его работу в Театре-студии киноактера, деятельность на посту начальника управления по производству художественных фильмов и, конечно, авторство игровых и документальных фильмов, созданных в разные временные эпохи и ставших поистине эпохальными.
Педагогическая деятельность М. И. Ромма была продолжительной и разнообразной: он руководил мастерскими на Высших режиссерских и высших сценарных курсах, вел режиссерский семинар на киностудии «Мосфильм», в течение ряда лет «опекая» на «Мосфильме» молодых режиссеров. К примеру, именно в творческой мастерской М. И. Ромма был создан в 1956 году фильм Г. Н. Чухрая «Сорок первый», ставший вехой советского «оттепельного» кино.
Однако главный, по сути, вклад в процесс развития кинообразования М.И. Ромм внес во время преподавания в стенах ВГИКа, с 1938-го по 1971 годы1, где он воспитал целую плеяду талантливых кинематографистов2, будучи, по словам одного из них, их главным «шлифовальщиком и гранильщиком»3, обучая молодых режиссеров практическому мастерству в широчайшем контексте мировой культуры. Ведь М.И. Ромм, согласно хранящемуся в архиве ВГИКа личному делу, «скульптор по образованию, переводчик-литератор, кинодраматург и кинорежиссер-практик, широко образованный музыкант». К этому можно добавить и его работу в Театре-студии киноактера, деятельность на посту начальника управления по производству художественных фильмов и, конечно, авторство игровых и документальных фильмов, созданных в разные временные эпохи и ставших поистине эпохальными.
«В первую очередь вас надо научить профессии, ремеслу»
Практическая режиссура и педагогика: творческое единство
Свою педагогическую работу во ВГИКе Михаил Ромм начал уже после успешного практического опыта работы в кино, принесшего режиссеру известность. В 1934 году он поставил по новелле Мопассана фильм «Пышка», одну из последних работ советского немого кино; в 1936-м пропагандистско-приключенческую картину «Тринадцать»; в 1937-м историко-биографический фильм «Ленин в Октябре». И в 1938 году он начал свое преподавание во ВГИКе с чтения краткого курса кинорежиссуры на сценарном и операторском факультетах. В конце 1940-х годов он стал руководителем режиссерско-актерской мастерской, а затем продолжил руководство режиссерскими мастерскими ВГИКа, которое осуществлял практически до конца своей жизни.
Творческие и коммуникативные подходы к молодым кинорежиссерам у Михаила Ромма выстраивались по-особому. Как пишет биограф режиссера Александр Хорт, «... первокурсникам Ромм начинал читать с азов. Прежде чем перейти к различным элементам режиссерской работы, подробно рассказывал о том, что такое кинематограф»4. Такая тщательность в подходе к педагогике и к ученикам характеризует Ромма как настоящего универсала, понимающего, что «азы» знаний - это не введение в профессию, а ее основа, залог понимания начинающими кинематографистами избранного ими дела.
Актуальность такого подхода представляется несомненной. Принцип функционирования творческих мастерских, на которых и сегодня зиждется ВГИК, включает, среди прочего, максимальное доверие студентов к Мастеру, их уверенность в том, что они могут обратиться к нему с самыми разными вопросами, касающимися изучаемой профессии, а также то, что они получат компетентный, четкий, уважительный и полезный ответ, а зачастую и решение поставленной проблемы.
Преподавательский опыт профессора М. И. Ромма, совмещенный и постоянно сверявшийся с его практической работой в кино, стал опорой на универсальное знание в кинопроизводстве и за его пределами. И поныне его методики преподавания остаются моделью для нынешнего и грядущего продолжения вгиковской традиции синтеза кинематографической практики и теории, других искусств и форм культуры, включая исторический опыт и внимательное отслеживание, а также применение нынешних новейших достижений и тенденций.
В 1967 году М. И. Ромм говорил студентам: «В первую очередь вас надо научить профессии, ремеслу. Наше ремесло меняется, и меняется очень резко от десятилетия к десятилетию, но есть какие-то основы, которые остаются навсегда»5. Вполне естественно, что обучение вверенных ему и отобранных им студентов выбранному делу было его основной «должностной обязанностью». Однако профессиональная подготовка молодых кинорежиссеров понималась Мастером отнюдь не как нечто узкое, сугубо цеховое. В процессе своей педагогической деятельности Ромм «нес <...> высочайший дух Искусства, презрение к ремесленничеству»6.
Столь исключительно ответственное, можно даже сказать, щепетильное - не идеализированное, а идеально-практичное - отношение к обучению кинематографической профессии вряд ли может устареть. Как никогда, эти подходы к обретению профессиональных знаний актуальны и в нынешний социально-исторический момент, когда оглушающий поток информации, передаваемый современными коммуникационными инструментами, отсутствующими во времена М. И. Ромма, а также агрессивное распространение штампов массовой культуры создают реальную опасность отвлечения новых поколений кинематографистов и их зрительской аудитории от магистральной линии настоящей культуры - линии на сохранение Искусства как центра кинематографической деятельности. И этот основной принцип выдающийся кинорежиссер постоянно отстаивал в быстро меняющихся общественных и культурных условиях.
Свою педагогическую работу во ВГИКе Михаил Ромм начал уже после успешного практического опыта работы в кино, принесшего режиссеру известность. В 1934 году он поставил по новелле Мопассана фильм «Пышка», одну из последних работ советского немого кино; в 1936-м пропагандистско-приключенческую картину «Тринадцать»; в 1937-м историко-биографический фильм «Ленин в Октябре». И в 1938 году он начал свое преподавание во ВГИКе с чтения краткого курса кинорежиссуры на сценарном и операторском факультетах. В конце 1940-х годов он стал руководителем режиссерско-актерской мастерской, а затем продолжил руководство режиссерскими мастерскими ВГИКа, которое осуществлял практически до конца своей жизни.
Творческие и коммуникативные подходы к молодым кинорежиссерам у Михаила Ромма выстраивались по-особому. Как пишет биограф режиссера Александр Хорт, «... первокурсникам Ромм начинал читать с азов. Прежде чем перейти к различным элементам режиссерской работы, подробно рассказывал о том, что такое кинематограф»4. Такая тщательность в подходе к педагогике и к ученикам характеризует Ромма как настоящего универсала, понимающего, что «азы» знаний - это не введение в профессию, а ее основа, залог понимания начинающими кинематографистами избранного ими дела.
Актуальность такого подхода представляется несомненной. Принцип функционирования творческих мастерских, на которых и сегодня зиждется ВГИК, включает, среди прочего, максимальное доверие студентов к Мастеру, их уверенность в том, что они могут обратиться к нему с самыми разными вопросами, касающимися изучаемой профессии, а также то, что они получат компетентный, четкий, уважительный и полезный ответ, а зачастую и решение поставленной проблемы.
Преподавательский опыт профессора М. И. Ромма, совмещенный и постоянно сверявшийся с его практической работой в кино, стал опорой на универсальное знание в кинопроизводстве и за его пределами. И поныне его методики преподавания остаются моделью для нынешнего и грядущего продолжения вгиковской традиции синтеза кинематографической практики и теории, других искусств и форм культуры, включая исторический опыт и внимательное отслеживание, а также применение нынешних новейших достижений и тенденций.
В 1967 году М. И. Ромм говорил студентам: «В первую очередь вас надо научить профессии, ремеслу. Наше ремесло меняется, и меняется очень резко от десятилетия к десятилетию, но есть какие-то основы, которые остаются навсегда»5. Вполне естественно, что обучение вверенных ему и отобранных им студентов выбранному делу было его основной «должностной обязанностью». Однако профессиональная подготовка молодых кинорежиссеров понималась Мастером отнюдь не как нечто узкое, сугубо цеховое. В процессе своей педагогической деятельности Ромм «нес <...> высочайший дух Искусства, презрение к ремесленничеству»6.
Столь исключительно ответственное, можно даже сказать, щепетильное - не идеализированное, а идеально-практичное - отношение к обучению кинематографической профессии вряд ли может устареть. Как никогда, эти подходы к обретению профессиональных знаний актуальны и в нынешний социально-исторический момент, когда оглушающий поток информации, передаваемый современными коммуникационными инструментами, отсутствующими во времена М. И. Ромма, а также агрессивное распространение штампов массовой культуры создают реальную опасность отвлечения новых поколений кинематографистов и их зрительской аудитории от магистральной линии настоящей культуры - линии на сохранение Искусства как центра кинематографической деятельности. И этот основной принцип выдающийся кинорежиссер постоянно отстаивал в быстро меняющихся общественных и культурных условиях.
«каждое искусство <...> должно быть прежде всего интересным. Неинтересное искусство - это не искусство»
Знание мирового искусства - основа профессии режиссера
ВГИК сыграл знаковую роль в сохранении наследия М. И. Ромма, столь важного для эволюционного развития педагогической деятельности кинорежиссера, которая была весьма значимой как для его практической самореализации, прежде всего в процессе общения со студентами и коллегами, так и для формирования краеугольных принципов его мировоззрения.
Начиная с 1970-х годов, во ВГИКе было издано не менее десяти учебных пособий, основанных на стенограммах лекций Михаила Ромма, разнообразных по своей тематике. И, что немаловажно, основные педагогические идеи и методы Ромма получили дальнейшее развитие в творческих мастерских ВГИКа, руководимых его бывшими студентами, ставшими известными режиссерами Владимиром Меньшовым, Сергеем Соловьевым, Вадимом Абдрашитовым, Аркадием Сиренко. Сегодня, несмотря на то, что многих из преподававших во ВГИКе учеников М. И. Ромма уже нет, роммовские традиции в вузе сохраняются. Так, после ухода из жизни В. Ю. Абдрашитова, его сокурсник, кинорежиссер А. В. Сиренко набирал студентов в творческую мастерскую на 2023-2024 учебный год совместно с А. Ю. Мизгирёвым, учеником Абдрашитова и Сиренко, работавшего режиссером-стажером на съемках фильма. Абдрашитова «Магнитные бури» (2003).
Как известно, выступления Михаила Ромма неизменно собирали во ВГИКе внушительные студенческие аудитории. И здесь уместно привести характерную цитату из его яркой и увлекательной лекции «Монтаж аттракционов» от 28 апреля 1966 года7. «... Назад вообще никогда не надо идти, надо идти вперед, но при этом надо иметь прочный тыл, богатый багаж тогда легче будет двигаться вперед»8. Такое напутствие будущим кинематографистам наиболее точно выражает отношение выдающегося кинорежиссера к кинематографу, его мироощущение и критерии подхода к преподавательской деятельности.
Нынешний опыт показывает, что для современных вгиковцев наследие Михаила Ромма не является неким археологическим артефактом, а представляет собой базисные категории всестороннего практического и теоретического изучения кинематографа, находящегося в неразрывной связи с тем опытом, который накоплен ВГИКом, его мастерами и выпускниками, на протяжении более чем 100-летнего активного творческого развития. Именно поэтому вышеприведенное высказывание М. И. Ромма нельзя рассматривать только как красивый лозунг: ВГИК продолжает начатую в самом начале своей деятельности и развитую его преподавателями традицию постоянного учета достижений «всего опыта мирового искусства»9.
Примечательно, что в лекции «Монтаж аттракционов» Ромм наглядно, а точнее сказать, блистательно, демонстрирует как общая характеристика в отношении учета «всего опыта мирового искусства» получает конкретное практическое наполнение. Отталкиваясь от разбора легшей в основу лекции теоретической концепции С. М. Эйзенштейна и ее практического воплощения в театральных постановках этого мастера, а также в его фильме «Броненосец "Потёмкин"» (1925), Ромм переходит к вопросам использования этой концепции первой половины 1920-х годов в современном кино. При этом он прежде всего опирается на собственный режиссерский опыт создания знаменитого документального политического эссе «Обыкновенный фашизм» (1965), одновременно сравнивая образность своего фильма с несколькими фильмами Федерико Феллини, выделяя в этих произведениях сравнения удачные, с его точки зрения, а также находки итальянского режиссера и подвергая критике в приведенных фильмах те образы, которые представляются ему произвольными и неэффективными. Важно и то, что Ромм обращается здесь не только к творчеству своего современника Феллини, но и к роману «Анна Каренина» Льва Толстого как образцу «монтажного» подхода к литературным образам. Ромм считал, что «монтаж - это изложение и движение мысли, в первую очередь»10; он видел, как и Эйзенштейн, проявления монтажа не только в кинематографе, но и в других искусствах.
Именно поэтому в своей преподавательской практике М. И. Ромм обращался к общемировому художественному наследию - со всей присущей ему эрудицией и наработанным за многие годы режиссерским чутьем он искал и находил в артефактах и логике развития разных видов искусства предчувствие появления кинематографа. А затем он читал историю самого искусства кино, анализируя - наглядно и ярко - различные этапы его становления и совершенствования. Одна из главных концепций в его лекциях - это осознание необходимости активного вклада кинематографа в гуманистический и этический процесс «взросления» искусства и создающего его человечества.
Логический переход от теории к практике, постоянно осуществлявшийся на занятиях Ромма, представляется сегодня исключительно актуальным. Именно такой подход к педагогическому материалу должен сориентировать учащихся кинорежиссуре студентов, студентов-киноведов, студентов-продюсеров и тех, кто связан с кинематографом, стать основным критерием в вопросах создания аудиовизуальных образов, максимально воздействующих на зрителей. И здесь нельзя не отметить мастерство Михаила Ромма как рассказчика: ведь увлеченность поставленной проблемой и эмоциональное ее раскрытие во многом определяют успех вовлечения студентов в лекцию и, как следствие, характеризуют подходы к методологии преподавания кинематографических профессий.
Лекции Михаила Ромма никогда не трактовались как одностороннее поучение значительно менее опытных, чем он, студентов, только познающих основы мастерства. В ходе лекций он постоянно разбирал студенческие фильмы своих учеников (в текстах лекций они называются «этюды»), работая с учениками не просто как лектор, а как подлинный Мастер, постоянно обновляя традиции вгиковских творческих мастерских. Важно то, что его занятия со студентами были поистине диалогичны, то есть «интерактивны», как охарактеризовали бы их сегодня.
Вполне естественно, что руководители творческих мастерских обладают разными темпераментами, разным практическим опытом, применяют в обучении разные методологии. Но роммовский универсализм, его убежденность в том, что будущий кинематографист должен освоить не только профессию, но и весь мир искусства, являются и сегодня наиважнейшим ориентиром вгиковской системы преподавания. И есть уверенность в том, что традиция такого ориентира сохраняется и будет продолжена в будущем, раскрывая перед новым поколением кинематографистов возможность обогащать свои фильмы самыми глубокими знаниями и творческими решениями. Михаил Ромм утверждал, что «...художник [всегда] нечто сообщает зрителю, и чем больше информации заложено в произведении искусства, тем оно ценнее»11. Именно поэтому материалом его лекций были произведения Пушкина и Толстого, Ибсена и Золя, Репина и Дега, Эйзенштейна и Чухрая, Куросавы и Феллини. По словам Ромма, «каждое искусство <...> должно быть прежде всего интересным. Неинтересное искусство - это не искусство»12. Примерно то же можно сказать и о занятиях в мастерских ВГИКа: неинтересные занятия - это не занятия. И работающие в вузе мастера должны стремиться к тому, чтобы заинтересовать студентов, сделать их настоящее и будущее в сфере кинематографа увлекательным и плодотворным, настоящим делом.
Современные студенты, владеющие огромным объемом информации, иногда теряющиеся в этом интенсивном потоке, достаточно сложный контингент, по мнению многих преподавателей. Конечно, и М. И. Ромму в ходе педагогического процесса приходилось иметь дело с различным интеллектуальным уровнем, культурным базисом и жизненным опытом студентов. В его мастерской могли оказаться такие уникальные личности, как Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Андрей Кончаловский, Сергей Соловьев, Александр Митта. Однако М. И. Ромм считал, что «самое худшее, что есть на свете, штамп»13, и «сложность», нестандартность его учеников, «отшлифованная» мастером, была залогом того, что их собственное искусство будет не просто избегать штампов, но будет активно и продуктивно с ними бороться, приучая зрителей к тому, что «…история развития любого искусства, в том числе и кинематографа, заключается в том, что то, что кажется одному поколению плохим или невозможным, то для следующего поколения становится хорошим и выразительным»14. Обучение и воспитание М. И. Роммом начинающих режиссеров не ограничивалось занятиями в стенах ВГИКа: по воспоминаниям С. А. Соловьева, долгие разговоры за чаем, на которые Михаил Ильич приглашал студентов, по старой традиции российских профессоров-интеллигентов, в свою маленькую квартиру, стали для молодых кинематографистов бесценными уроками мастера, научившего их по-иному всматриваться в явления окружающей действительности и по-другому оценивать многие жизненные ситуации.
ВГИК сыграл знаковую роль в сохранении наследия М. И. Ромма, столь важного для эволюционного развития педагогической деятельности кинорежиссера, которая была весьма значимой как для его практической самореализации, прежде всего в процессе общения со студентами и коллегами, так и для формирования краеугольных принципов его мировоззрения.
Начиная с 1970-х годов, во ВГИКе было издано не менее десяти учебных пособий, основанных на стенограммах лекций Михаила Ромма, разнообразных по своей тематике. И, что немаловажно, основные педагогические идеи и методы Ромма получили дальнейшее развитие в творческих мастерских ВГИКа, руководимых его бывшими студентами, ставшими известными режиссерами Владимиром Меньшовым, Сергеем Соловьевым, Вадимом Абдрашитовым, Аркадием Сиренко. Сегодня, несмотря на то, что многих из преподававших во ВГИКе учеников М. И. Ромма уже нет, роммовские традиции в вузе сохраняются. Так, после ухода из жизни В. Ю. Абдрашитова, его сокурсник, кинорежиссер А. В. Сиренко набирал студентов в творческую мастерскую на 2023-2024 учебный год совместно с А. Ю. Мизгирёвым, учеником Абдрашитова и Сиренко, работавшего режиссером-стажером на съемках фильма. Абдрашитова «Магнитные бури» (2003).
Как известно, выступления Михаила Ромма неизменно собирали во ВГИКе внушительные студенческие аудитории. И здесь уместно привести характерную цитату из его яркой и увлекательной лекции «Монтаж аттракционов» от 28 апреля 1966 года7. «... Назад вообще никогда не надо идти, надо идти вперед, но при этом надо иметь прочный тыл, богатый багаж тогда легче будет двигаться вперед»8. Такое напутствие будущим кинематографистам наиболее точно выражает отношение выдающегося кинорежиссера к кинематографу, его мироощущение и критерии подхода к преподавательской деятельности.
Нынешний опыт показывает, что для современных вгиковцев наследие Михаила Ромма не является неким археологическим артефактом, а представляет собой базисные категории всестороннего практического и теоретического изучения кинематографа, находящегося в неразрывной связи с тем опытом, который накоплен ВГИКом, его мастерами и выпускниками, на протяжении более чем 100-летнего активного творческого развития. Именно поэтому вышеприведенное высказывание М. И. Ромма нельзя рассматривать только как красивый лозунг: ВГИК продолжает начатую в самом начале своей деятельности и развитую его преподавателями традицию постоянного учета достижений «всего опыта мирового искусства»9.
Примечательно, что в лекции «Монтаж аттракционов» Ромм наглядно, а точнее сказать, блистательно, демонстрирует как общая характеристика в отношении учета «всего опыта мирового искусства» получает конкретное практическое наполнение. Отталкиваясь от разбора легшей в основу лекции теоретической концепции С. М. Эйзенштейна и ее практического воплощения в театральных постановках этого мастера, а также в его фильме «Броненосец "Потёмкин"» (1925), Ромм переходит к вопросам использования этой концепции первой половины 1920-х годов в современном кино. При этом он прежде всего опирается на собственный режиссерский опыт создания знаменитого документального политического эссе «Обыкновенный фашизм» (1965), одновременно сравнивая образность своего фильма с несколькими фильмами Федерико Феллини, выделяя в этих произведениях сравнения удачные, с его точки зрения, а также находки итальянского режиссера и подвергая критике в приведенных фильмах те образы, которые представляются ему произвольными и неэффективными. Важно и то, что Ромм обращается здесь не только к творчеству своего современника Феллини, но и к роману «Анна Каренина» Льва Толстого как образцу «монтажного» подхода к литературным образам. Ромм считал, что «монтаж - это изложение и движение мысли, в первую очередь»10; он видел, как и Эйзенштейн, проявления монтажа не только в кинематографе, но и в других искусствах.
Именно поэтому в своей преподавательской практике М. И. Ромм обращался к общемировому художественному наследию - со всей присущей ему эрудицией и наработанным за многие годы режиссерским чутьем он искал и находил в артефактах и логике развития разных видов искусства предчувствие появления кинематографа. А затем он читал историю самого искусства кино, анализируя - наглядно и ярко - различные этапы его становления и совершенствования. Одна из главных концепций в его лекциях - это осознание необходимости активного вклада кинематографа в гуманистический и этический процесс «взросления» искусства и создающего его человечества.
Логический переход от теории к практике, постоянно осуществлявшийся на занятиях Ромма, представляется сегодня исключительно актуальным. Именно такой подход к педагогическому материалу должен сориентировать учащихся кинорежиссуре студентов, студентов-киноведов, студентов-продюсеров и тех, кто связан с кинематографом, стать основным критерием в вопросах создания аудиовизуальных образов, максимально воздействующих на зрителей. И здесь нельзя не отметить мастерство Михаила Ромма как рассказчика: ведь увлеченность поставленной проблемой и эмоциональное ее раскрытие во многом определяют успех вовлечения студентов в лекцию и, как следствие, характеризуют подходы к методологии преподавания кинематографических профессий.
Лекции Михаила Ромма никогда не трактовались как одностороннее поучение значительно менее опытных, чем он, студентов, только познающих основы мастерства. В ходе лекций он постоянно разбирал студенческие фильмы своих учеников (в текстах лекций они называются «этюды»), работая с учениками не просто как лектор, а как подлинный Мастер, постоянно обновляя традиции вгиковских творческих мастерских. Важно то, что его занятия со студентами были поистине диалогичны, то есть «интерактивны», как охарактеризовали бы их сегодня.
Вполне естественно, что руководители творческих мастерских обладают разными темпераментами, разным практическим опытом, применяют в обучении разные методологии. Но роммовский универсализм, его убежденность в том, что будущий кинематографист должен освоить не только профессию, но и весь мир искусства, являются и сегодня наиважнейшим ориентиром вгиковской системы преподавания. И есть уверенность в том, что традиция такого ориентира сохраняется и будет продолжена в будущем, раскрывая перед новым поколением кинематографистов возможность обогащать свои фильмы самыми глубокими знаниями и творческими решениями. Михаил Ромм утверждал, что «...художник [всегда] нечто сообщает зрителю, и чем больше информации заложено в произведении искусства, тем оно ценнее»11. Именно поэтому материалом его лекций были произведения Пушкина и Толстого, Ибсена и Золя, Репина и Дега, Эйзенштейна и Чухрая, Куросавы и Феллини. По словам Ромма, «каждое искусство <...> должно быть прежде всего интересным. Неинтересное искусство - это не искусство»12. Примерно то же можно сказать и о занятиях в мастерских ВГИКа: неинтересные занятия - это не занятия. И работающие в вузе мастера должны стремиться к тому, чтобы заинтересовать студентов, сделать их настоящее и будущее в сфере кинематографа увлекательным и плодотворным, настоящим делом.
Современные студенты, владеющие огромным объемом информации, иногда теряющиеся в этом интенсивном потоке, достаточно сложный контингент, по мнению многих преподавателей. Конечно, и М. И. Ромму в ходе педагогического процесса приходилось иметь дело с различным интеллектуальным уровнем, культурным базисом и жизненным опытом студентов. В его мастерской могли оказаться такие уникальные личности, как Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Андрей Кончаловский, Сергей Соловьев, Александр Митта. Однако М. И. Ромм считал, что «самое худшее, что есть на свете, штамп»13, и «сложность», нестандартность его учеников, «отшлифованная» мастером, была залогом того, что их собственное искусство будет не просто избегать штампов, но будет активно и продуктивно с ними бороться, приучая зрителей к тому, что «…история развития любого искусства, в том числе и кинематографа, заключается в том, что то, что кажется одному поколению плохим или невозможным, то для следующего поколения становится хорошим и выразительным»14. Обучение и воспитание М. И. Роммом начинающих режиссеров не ограничивалось занятиями в стенах ВГИКа: по воспоминаниям С. А. Соловьева, долгие разговоры за чаем, на которые Михаил Ильич приглашал студентов, по старой традиции российских профессоров-интеллигентов, в свою маленькую квартиру, стали для молодых кинематографистов бесценными уроками мастера, научившего их по-иному всматриваться в явления окружающей действительности и по-другому оценивать многие жизненные ситуации.
Вместо заключения
Сегодняшний ВГИК внимательно изучает всё новое, что происходит в мировом кино и, шире, в мировой культуре, тщательно отбирая те элементы инноваций, которые соответствуют потребностям отечественной культуры. Здесь нет парадокса: сложности современного мира предполагают гибкость подходов к жизненному материалу и основанной на нем кинематографической образности.
В диалоге со своим коллегой Сергеем Герасимовым по поводу возможности и необходимости создания учебника кинорежиссуры Ромм заявлял: «...нельзя извлекать застывшие формулы ремесла из живого, сложнейшего дела профессии кинорежиссуры»15. Определенная парадоксальность этого заявления16 не мешает, как представляется, оценить педагогическое творчество М. И. Ромма как не просто предшественника современного уровня развития кинообразования, но и как нашего современника - педагога, который не перестает плодотворно влиять на процесс обучения кинематографическим профессиям, а также на процесс полноценного вхождения отечественного кинематографа в мировую культуру.
Сноски
1. Преподавательская деятельность М. И. Ромма сопровождалась рядом перерывов, связанных, в основном, со студийной работой, съемками фильмов. Прим. авт.
2. Среди воспитанных М. И. Роммом режиссеров-вгиковцев такие величины, как Григорий Чухрай, Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Никита Михалков, Андрей Кончаловский, Сергей Соловьев, Владимир Меньшов, многие другие //Подр. см.: 120 лет со дня рождения легендарного педагога ВГИКА М.И. Ромма //https:// vgik.info/today/ creativelife/detail.php?ID=101758&sphrase_id=- 1140139 (дата обращения: 25.08.2023).
3. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском.- М.: Вагриус, 2007. С. 26.
4. Хорт А. Михаил Ромм. Способ жизни. - М.: АФК «Система»; Политическая энциклопедия, 2022. C. 325.
5. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете.- М.: ВГИК, 1974. С. 3.
6. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском.- М: Вагриус, 2007. С. 26.
7. Ромм М. Монтаж аттракционов. Из педагогического наследия. - М.: ВГИК, 1976. С. 6-27.
8. Там же. С. 10.
9. Там же. С. 14.
10. Там же. С. 24.
11. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете. - М.: ВГИК, 1974. С. 75.
12. Там же. С. 8.
13. Ромм М. О профессии кинорежиссера. - М.: ВГИК 1980. С. 44.
14. Ромм М. Лекции о кинорежиссуре. - М.: ВГИК, 1973. С. 45.
15. Мысли об учебнике кинорежиссуры. Диалог между М. И. Роммом и С. А. Герасимовым; В сб.: Избранные произведения в 3-х томах. - М.: Искусство, 1980-1982. Т. 3. Педагогическое наследие. С. 520-541.
16. Учебники по кинорежиссуре, разумеется, были написаны, пишутся и будут продолжать писаться. - Прим. авт.
Литература
1. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском. - М.: Вагриус, 2007. 384 с.
2. Мой режиссер Ромм: [Сборник] / Сост. И. Г. Германова, Н. Б. Кузьмина. - М.: Искусство, 1993. - 464 с.
3. Малышев В. С. ВГИК в русле традиций и инноваций. Статья // Вестник ВГИК, 2009,
No 1. С.4-8.
4. Малышев В. С. Кино от первого лица. Режиссеры о великих фильмах: Сборник /
В. С. Малышев, 2016. - 368 с.
5. Ромм М. Беседы о кино. М.: Искусство, 1964. - 368 с.
6. Ромм М. Из педагогического наследия. Лекции по кинорежиссуре. Учебное пособие. -
М.: ВГИК, 1976. - 96 с.
7. Ромм М. Лекции о кинорежиссуре. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1973. - 253 с.
8. Ромм М.Монтажная структура фильма. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1981. — 86 с.
9. Ромм М. О профессии кинорежиссера. Учебное пособие. - М.: ВГИК, 1980. - 80 с.
10. Ромм М. О профессии кинорежиссера и месте кинематографа в современном мире. - М.: ВГИК, 1991. - 138 с.
11. Ромм М. Об изобразительном решении фильма. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1976.- 82 с.
12. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете.
Весна 1967 года. Учебное пособие. - М.: ВГИК, 1974. - 102 с.
13. Ромм М. Избранные произведения в 3-х томах. М.: Искусство, 1980-1982. Т. 3.
Педагогическое наследие. 576 с.
14. Хорт А. Михаил Ромм. Способ жизни. М.: АФК «Система»; Политическая
энциклопедия, 2022. - 359 с.
Сегодняшний ВГИК внимательно изучает всё новое, что происходит в мировом кино и, шире, в мировой культуре, тщательно отбирая те элементы инноваций, которые соответствуют потребностям отечественной культуры. Здесь нет парадокса: сложности современного мира предполагают гибкость подходов к жизненному материалу и основанной на нем кинематографической образности.
В диалоге со своим коллегой Сергеем Герасимовым по поводу возможности и необходимости создания учебника кинорежиссуры Ромм заявлял: «...нельзя извлекать застывшие формулы ремесла из живого, сложнейшего дела профессии кинорежиссуры»15. Определенная парадоксальность этого заявления16 не мешает, как представляется, оценить педагогическое творчество М. И. Ромма как не просто предшественника современного уровня развития кинообразования, но и как нашего современника - педагога, который не перестает плодотворно влиять на процесс обучения кинематографическим профессиям, а также на процесс полноценного вхождения отечественного кинематографа в мировую культуру.
Сноски
1. Преподавательская деятельность М. И. Ромма сопровождалась рядом перерывов, связанных, в основном, со студийной работой, съемками фильмов. Прим. авт.
2. Среди воспитанных М. И. Роммом режиссеров-вгиковцев такие величины, как Григорий Чухрай, Андрей Тарковский, Василий Шукшин, Никита Михалков, Андрей Кончаловский, Сергей Соловьев, Владимир Меньшов, многие другие //Подр. см.: 120 лет со дня рождения легендарного педагога ВГИКА М.И. Ромма //https:// vgik.info/today/ creativelife/detail.php?ID=101758&sphrase_id=- 1140139 (дата обращения: 25.08.2023).
3. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском.- М.: Вагриус, 2007. С. 26.
4. Хорт А. Михаил Ромм. Способ жизни. - М.: АФК «Система»; Политическая энциклопедия, 2022. C. 325.
5. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете.- М.: ВГИК, 1974. С. 3.
6. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском.- М: Вагриус, 2007. С. 26.
7. Ромм М. Монтаж аттракционов. Из педагогического наследия. - М.: ВГИК, 1976. С. 6-27.
8. Там же. С. 10.
9. Там же. С. 14.
10. Там же. С. 24.
11. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете. - М.: ВГИК, 1974. С. 75.
12. Там же. С. 8.
13. Ромм М. О профессии кинорежиссера. - М.: ВГИК 1980. С. 44.
14. Ромм М. Лекции о кинорежиссуре. - М.: ВГИК, 1973. С. 45.
15. Мысли об учебнике кинорежиссуры. Диалог между М. И. Роммом и С. А. Герасимовым; В сб.: Избранные произведения в 3-х томах. - М.: Искусство, 1980-1982. Т. 3. Педагогическое наследие. С. 520-541.
16. Учебники по кинорежиссуре, разумеется, были написаны, пишутся и будут продолжать писаться. - Прим. авт.
Литература
1. Гордон А. Не утоливший жажды: об Андрее Тарковском. - М.: Вагриус, 2007. 384 с.
2. Мой режиссер Ромм: [Сборник] / Сост. И. Г. Германова, Н. Б. Кузьмина. - М.: Искусство, 1993. - 464 с.
3. Малышев В. С. ВГИК в русле традиций и инноваций. Статья // Вестник ВГИК, 2009,
No 1. С.4-8.
4. Малышев В. С. Кино от первого лица. Режиссеры о великих фильмах: Сборник /
В. С. Малышев, 2016. - 368 с.
5. Ромм М. Беседы о кино. М.: Искусство, 1964. - 368 с.
6. Ромм М. Из педагогического наследия. Лекции по кинорежиссуре. Учебное пособие. -
М.: ВГИК, 1976. - 96 с.
7. Ромм М. Лекции о кинорежиссуре. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1973. - 253 с.
8. Ромм М.Монтажная структура фильма. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1981. — 86 с.
9. Ромм М. О профессии кинорежиссера. Учебное пособие. - М.: ВГИК, 1980. - 80 с.
10. Ромм М. О профессии кинорежиссера и месте кинематографа в современном мире. - М.: ВГИК, 1991. - 138 с.
11. Ромм М. Об изобразительном решении фильма. Учебное пособие.- М.: ВГИК, 1976.- 82 с.
12. Ромм М. Сокращенные фонограммы занятий на режиссерском факультете.
Весна 1967 года. Учебное пособие. - М.: ВГИК, 1974. - 102 с.
13. Ромм М. Избранные произведения в 3-х томах. М.: Искусство, 1980-1982. Т. 3.
Педагогическое наследие. 576 с.
14. Хорт А. Михаил Ромм. Способ жизни. М.: АФК «Система»; Политическая
энциклопедия, 2022. - 359 с.
Информацию по организации экскурсий в Музей ВГИК можно получить в Отделе по молодежной политике
kino@vgik-info
kino@vgik-info